TSK Laboratory. Home encyclopedia of music collections.

Зимний Вечер

Юрий Визбор

℗ 1982

Юрий Визбор • 1982 • Зимний Вечер

Тексты и видео:

Подлодка

Подлодка

А начиналось дело вот как:
Погасла желтая заря
И наша серая подлодка
В себя вобрала якоря.

И белокурые морячки
Нам машут с бережка платком:
"Ни происшествий вам, ни качки,
И девять футов под килем",

А потопить нас, братцы, хрен там,
И в ураган, и в полный штиль
Мы из любого дифферента
Торпеду вмажем вам под киль.

Мы вышли в море по приказу
И по приказу по домам,
Мы возвращаемся на базу,
А на дворе уже зима.

Мы так обрадовались стуже,
Мы так соскучились по ней
И пьют подводники на ужин
Плодово-выгодный портвейн.

                           1963

Ботик

Ботик

Один рефрижиратор -
Представитель кап.страны
Попался раз в нешуточную вьюгу.
А в миле от гиганта
Поперек морской волны
Шел ботик по фамилии "Калуга".

Припев: Что ж вы ботик потопили,
        Был в нем новый патефон
        И портрет Эдиты Пьехи,
        И курительный салон.

А тот рефрижиратор,
Что вез рыбу для кап.стран,
Вдруг протаранил ботик молчаливо.
На таре из-под двина
Только виден капитан
Хорошего армянского разлива.

Припев.

"Ду ю спик инглиш, падлы,"
Капитан кричит седой,
"Француженка быть может мать твоя?
А может вы совсем уже,
Пардон, шпрехен зи дойч?"
Из судна отвечают: "Я,я,я", что "Я"?

Припев.

Советское правительство
Послало документ
И навело ракету на балбесов,
А ботику отгрохали
Огромный монумент,
Которым и гордится вся Одесса.
И там, внизу написали:
Припев.

                           1968

Тралфлот

Тралфлот

Ты думаешь так - капитанская кепка,
Прощальный гудок, в море вышел рыбак.
Tы в этом во всем ошибаешься крепко:
Все вроде бы так, а вообще-то не так.

         Я в рубке стою, я ору беспрестанно,
         Я - чистый пират: пистолет и серьга,
         Матросов своих, наименее пьяных
         Я ставлю на вахту стоять на ногах.

Держитесь, родные, пока не отчалим,
Тралмейстер толкнул сапогом материк,
Два дня нас качали земные печали,
Теперь  успокоит нас север-старик.

         По белой ладони полночного моря
         Плывет мой корабль - представитель земли,
         И Кольский залив нам гудками повторит,
         Слова, что нам жены сказать не могли.

Слова, что любовницы не дошептали,
Слова, что текли по подушке слезой,
И даже слова о которых молчали
Спокойные девочки, что "на разок"

А нам-то чего? - Мы герои улова,
Нам море пахать поперек изобат.
Мы дали начальству железное слово -
Превысить заданье, судьба не судьба.

         Вот так мы уходим, мой друг, на рыбалку,
         Вот так будет завтра и было вчера,
         И вахту ночную с названьем "собака",
         Стоим и хватаемся за леера.

И если осудит нас кто за отсталость,
Пожалуйте бриться, вот мой пароход.
Ты с нами поплавай хоть самую малость,
Потом же, товарищ, сердись на тралфлот.

                            Весна 1965

Флот Не Опозорим

Куда девались звезды, упавшие в моря?
Маяк кричит тревожно, я говорю серьезно,
Пока еще не поздно списаться с корабля.

Припев: Но мы в морях не раз встречали зори
        И пили спирт, болтаясь между льдин.
        Мы все пройдем, но флот не опозорим,
        Мы все пропьем, но флот не посрамим.
        Лайди-лайди, лайди-лайда
        ... Музыка громче, громче играй!

Корабль наш имеет трубу и задний ход:
Труба дымит опасно, винты скрипят ужасно
И никому не ясно, чем кончится поход.

Припев.

Но все же нет печали, досады тоже нет,
Видали вы едва ли, все то, что мы видали,
На вас не напасешься, ребята, сигарет.

Припев.

                                1976

Кандалакша

Кандалакша

Ах, как мы шли по Кандалакше,
Была дорога далека,
Как проносили судьбы наши
В зеленых вещевых мешках.

В какие верили мы веры,
Таких теперь и не слыхать,
Как мы теряли чувство меры,
Теперь уж так не потерять.

Когда закатные останки
Сгорали в сопках, как свеча,
Тогда нас поджидали Таньки,
В родных болоньевых плащах.

Среди других стоит, гляжу я,
И синим брызгает опять,
Моя коварная рыжуля,
Звезда сберкассы номер пять.

Щекой молочною пылая,
Мне говорит она слова:
"Сержант, конечно погуляем,
Но только чтоб без баловства".

Меня не то совсем задачит,
Мне сообщил один дружок,
Что некто летчик-перехватчик
На танцах сделал ей намек.

Я подступаю к ней с допросом,
Мол, какова пилота цель?
Она смеется и смеется,
И носом тычется в шинель.

Как все забылось очень скоро:
Снега, друзья, житье-бытье,
Лишь в памяти горят озера,
Под рыжей челкою ее.

Мурманской ветки полустанки
Мелькают в снеговой пыли.
Куда ж девались наши Таньки?
Небось за летчиков пошли.

                    16-20 марта 1982

Новая Земля

Новая Земля

В голове моего математика
Вся вселенная встала вверх дном.
А у Новой Земли ходит Арктика,
Ходит Арктика ходуном.

Ходят белые льды, как дредноуты,
Бьются, будто-бы богатыри.
Ах, давно бы ты мне, ах давно бы ты
Написала б странички две-три.

Написала б ты мне про Голландию,
Где большие тюльпаны растут.
Написала б ты мне про Шотландию,
Где печальные песни поют.

Но никак не приходит послание
И от этого грустно в груди.
Ни тебя, ни письма, ни Голландии,
Только этот очкарик нудит.

Понудит он и все ухмыляется,
Блещет лысины розовый круг,
А под лысиной так получается,
Что Америке скоро каюк.

А в Америке парни усталые,
Все хлопочут, чтоб мы померли.
Дайте землю, товарищи, старую,
Не хочу больше Новой Земли.

С математиком, серым, как олово,
Скоро бросим прощанья слезу.
Привезет он в Москву свою голову,
Я  другое совсем привезу.

                           1970

Песня О Подводниках

Задраены верхние люки,
Штурвала блестит колесо.
Ввиду долгосрочной разлуки
Всем выдан Абрау-Дюрсо.

Припев: Прощайте, красотки, прощай небосвод,
        Подводная лодка уходит под лед,
        Подводная лодка - морская гроза,
        Под черной пилоткой стальные глаза.

Под грустную музыку Верди,
Компасы дают перебой,
Голодные бродят медведи
У штурмана над головой.

Припев.

По многим известным причинам
Нам девушки все хороши.
Стоят на сугробе мужчины,
На полюсе нет ни души.

Припев: Прощайте, красотки, прощай небосвод,
        Подводная лодка уходит под лед,
        Подводная лодка - морская гроза,
        Столичная водка, стальные глаза.

                                1970

Иркутск

А ты говоришь: "Люблю"

А ты говоришь: "Люблю",        
А я говорю: "Не лги",          
Буксирному кораблю             
Всю жизнь отдавать долги.      
Приставлен мой путь к виску,   
Дороги звенит струна,          
Туда, где встает Иркутск,      
По-видимому спьяна.            

Ах, как бы теперь легла
Рука на твое плечо.
Земля до того кругла,
Что свидимся мы еще.
По мокрому, по песку
Твой след замела волна.
И грустно вздохнул Иркутск,
Наверно-таки, спьяна.

А ты говоришь: "Постой",
А я говорю: "Дела",
Лечу в черноте пустой,
Как ангел, но без крыла.
И день без тебя в тоску,
И ночь без тебя больна,
Навстречу летит Иркутск,
Уж точно-таки спьяна.

Все Навстречу Облака

Я сижу, ох, хорошо я сижу!
Не ворочаюсь, лишь глазом вожу,
Глянешь влево - все собачья мура,
А направо - все тундра, да тундра.

       Закурю я сигаретку "Трезор",
       Погляжу я на капот-горизонт.
       Не встречается любовь мне пока,
       Все навстречу облака, облака.

Мне в отряде говорят кореша:
Ты, Аркадий, просто парень-душа,
Ты пилот, мне говорят, золотой,
И, вообще ты, молоток, холостой,

       Ну, а я на тапчане все лежу,
       Все мужей к законным женам вожу.
       Не встречается жена мне пока,
       Все навстречу облака, облака.

Я за столик преотлично сажусь,
Будто я на впп захожу.
Я гражданку вроде видел в кино,
Познакомимся: "Пилот Иванов",

       Да не суйся ты, червонцем не гадь,
       Вот "полярный", так это ж деньга!
       Дайте девочке моей коньяка...
       Все навстречу облака, облака.

                                1969

Осколок Луны

Осколок  луны

Осколок луны над антеннами колок
И вновь виражом начинается жизнь,
Ты в сердце свое этот лунный осколок,
Как знак рубежа, навсегда положи.


Припев: Ведь дело мужчин, пересилив тревогу,
        Надежно держать чуть дрожащий штурвал
        И молча глядеть на ночную дорогу,
        Чтоб компас души верный путь указал,
        Верный путь указал...

Нас грохот турбин постоянно находит,
Чужих городов нам мелькают огни,
От прошлых времен мы, конечно, уходим,
И все ж уходя, дорогой, оглянись.

Припев.

И в час неудач так неловки движенья,
И кажется вдруг, что уж все решено,
Что жизнь состоит из одних поражений,
А наши победы забыты давно.

Припев.

Вот скрылась луна, как ночная бегунья,
Сквозь тучи видны лишь ее миражи,
Но дело все в том, что придет полнолунье
И полная радость, и полная жизнь.

Припев.

                     18-25 сентября 1976

Курильские Острова

Курильские острова

Замотало нас невозможно,
Закрутило туда и сюда,
Оттоптали в ночи таежной
Забайкальские поезда.

Припев: А вообще-то все трын-трава,
        Здесь Курильские острова,
        Что являет прекрасный вид
        Бессердечности и любви.

Здесь дымит вулкан Тятя-Яма.
Только черти и дураки
Не готовятся постоянно
Каждый день "отбросить коньки".

Припев.

Над вошедшим в гавань "Японцем",
Пароходный несется крик,
Утро нас награждает солнцем,
Самолетами - материк.

Припев.

Но сюда неизбежно манит
Это буйствие всех стихий,
И отсюда бредут в тумане
Наши письма и наши стихи.

Припев: Здесь не Рио и не Москва,
        Здесь Курильские острова,
        Что являют прекрасный вид
        Бессердечности и любви.

                              1960

Якоря Не Бросать!

Якоря не бросать !

"Якоря не бросать!" -
Мы давно знаем старую заповедь,
Не бросать их у стенок,
Где эти сигналы горят.
Якоря не бросать!
Не читайте нам длинную проповедь:
Мы немножечко в курсе,
Где ставить теперь якоря.

Мы бросаем их в море,
В холодную льдистую воду,
Мы выходим в эфир
И среди этой всей кутерьмы
Нам пропишут синоптики,
Словно лекарство погоду,
А погоду на море,
Пожалуй что делаем мы.

Мы бросаем потом якоря
В полутемных квартирах,
Где за дверью растресканной
Тени соседей снуют,
Не галантной походкой -
Привыкли ходить по настилам,
Прогибаем паркет
Никуда не плывущих кают.

Словно малые дети,
Кричат по ночам пароходы,
Им по теплым заливам
Придется немало скучать
И волнуются чайки
От неудачной охоты
И всю ночь якоря
На шинели сурово молчат.


Но потом им блистать
Под тропическим солнцем  и зноем,
На военных парадах,
На шумных морских вечерах,
Якоря не бросать -
Это дело довольно простое,
Ну, а что оставлять нам?
Об этом подумать пора.

Мы не бросим и осень,
Не бросим и топких, и снежных,
Голубых, нескончаемых,
Вечно любимых дорог.
На чугунных цепях
Опустили мы наши надежды
У глухих континентов
Еще не открытых тревог.

                           1963

Да Будет Старт

Да будет старт

На заре стартуют корабли,
Гром трясет окрестные дороги
От земли на поиски земли,
От тревоги к будущей тревоге.

Припев: Мы построим лестницы до звезд,
        Мы пройдем сквозь черные циклоны,
        От смоленских солнечных берез
        До туманных далей Оберона.

Не кричите - крик не долетит,
Не пишите - почта не доходит,
Улетают в дальние пути
Там, где солнца новые восходят.

Нет привала на пути крутом,
Где гроза сливается с грозою,
"До свиданья !"- плавится бетон,
Звездолет становится звездою.

                             1966

Капитан ВВС Донцов

А наземный пост с хрипотцой донес,
Что у "тридцать второй" машины при взлете
С левым шасси какой-то вопрос
И оно бесполезно висит в полете.

Припев: А человек, сидящий верхом на турбине,
        Капитан ВВС Донцов,
        Он памятник ныне, он память отныне
        И орден, в конце концов.
        Он памятник ныне, он память отныне
        И орден, в конце концов.

И ночных полетов руководитель
Стал кричать в синеву:
"Войдите в вираж, в пике войдите,
Но помнить: внизу живут!"

Припев.

А "Тридцать второй" кричит: на брюхо
Сажусь и делу хана!
А пенсию - официантке Валюхе,
Она мне вроде жена.

Припев.

И красные строчки, посадочный знак,
И красный удар в бетон.
Прекрасные ветры в открытый колпак
И кто-то целует потом.

Припев: А человек, сидевший верхом на турбине -
        Капитан ВВС Донцов,
        Майор он отныне, инструктор отныне,
        Женат он, в конце концов.

                                   1967

Утренний Рейс Москва - Ленинград

Утренний рейс Москва - Ленинград

Горит лампада под иконой.
Спешит философ на экзамен.
Плывут по Охте полусонной
Трамваи с желтыми глазами,
Трамваи с желтыми глазами.
И заняты обычным делом
Четыре ветра над верстами
По городам заледенелым,
По белым ставням.

        Поземка бьет в стальные двери.
        Приказы свернуты петлею.
        Турбины "Ту" ревут, как звери,
        И мы прощаемся с землею
        И мы прощаемся с землею
        На целый час сплошного неба,
        На шестьдесят веков горячих,
        И под крылом земные недра открыты зрячим.

Вот пехотинец роет снова
Окопы маленькой лопатой,
На черных просеках сосновых
Лежат немецкие гранаты,
Лежат немецкие гранаты,
Лежат, разложены по нишам,
Под голубой звездою Вегой,
По черным ящикам прогнившим, под талым снегом.

   Лежат на сопках отдаленных
   Во тьме лихие командиры.
   Лежат работники районов
   В своих протопленных квартирах,
   В своих протопленных квартирах
   Лежит провинция глухая,
   Встают строительные роты,
   И долго песня затихает за поворотом.

Лежат заботы на мужчинах,
На их плечах тяжелым небом.
Проснулся ножик перочинный,
Очнувшись рядом с черствым хлебом,
Очнувшись рядом с черствым хлебом
Лежит поэт на красных нарах
И над его стоят постелью
Заиндевелые гитары поморских елей.

      Лежат торжественные думы,
      На облаках найдя спасенье.
      Вот набираем высоту мы
      По тыще метров за мгновенье,
      По тыще метров за мгновенье
      Летим, как божее созданье,
      Неповторимое, слепое,
      На невозможное свиданье с самим собой.

                                            1968

Грибы

По краю воронок - березок столбы.
По краю воронок - грибы, да грибы.
Автобус провоет за чахлым леском,
Туман над Невою, как в сердце ком.

       А кто здесь с войны сыроежкой пророс?
       Так это ж пехота, никак не матрос.
       Матрос от снаряда имел поцелуй
       И вырос в отдельно стоящий валуй.

По минному полю проходит взрывник,
По бывшему минному полю - грибник,
Он в каске, как дьявол, очки со слюдой,
Бордовая "Ява", как конь молодой.

       Несут грибники на закуску грибы.
       Проносит санрота гробы, да гробы,
       Морская пехота, зенитная часть,
       Саперная рота и два трубача.

А ну-ка, ребята, отдайте грибы,
Пускай они снова вростают в гробы.
Откинутся доски, земля отлетит
И ротный построиться роте велит.

       И снова атака, и снова, "ура"!
       Опять из-за танков палит немчура.
       Нельзя и сторонкой уйти от судьбы...
       Воронки, воронки, грибы да грибы.

Рассказ Ветерана

Рассказ ветерана

Мы это дело разом увидали,
Как роты две поднялись из земли,
И рукава по локоть закатали,
И к нам с Виталий Палычем пошли.

Припев: А солнце жарит, чтоб оно пропало,
        Но нет уже судьбы у нас другой,
        И я шепчу: "Постой, Виталий Палыч,
        Постой, подпустим ближе, дорогой".

И тихо в мире, только временами
Травиночка в прицеле задрожит,
Кусочек леса редкого за нами,
А дальше - поле, Родина лежит,

Припев: И солнце жарит, чтоб оно пропало,
        Но нет уже судьбы у нас другой,
        И я шепчу: "Постой, Виталий Палыч,
        Постой, подпустим ближе, дорогой".

Окопчик наш - последняя квартира,
Другой не будет, видно, нам дано.
И черные проклятые мундиры
Подходят, как в замедленном кино.

Припев: И солнце жарит, чтоб оно пропало,
        Но нет уже судьбы у нас другой,
        И я кричу: "Давай, Виталий Палыч!
        Давай на всю катушку, дорогой!"


...Мои года, как поезда, проходят,
Но прихожу туда хоть раз в году,
Где пахота заботливо обходит
Печальную фанерную звезду,

Припев: Где солнце жарит, чтоб оно пропало,
        Где не было судьбы у нас другой.
        И я шепчу: "Прости, Виталий Палыч,
        Прости мне, что я выжил дорогой".

                                     1972

Я Иду На Ледоколе

Я иду на ледоколе,
Ледокол идет по льду.
То, трудяга, поле колет,
То ледовую гряду.
То прокуренною глоткой
Крикнет, жалуясь в туман,
То зовет с метеосводкой
Город Мурманск, то есть Мурманск.

И какое б продвиженье
Не имели б мы во льдах,
Знают наше положенье,
Все окрестные суда,
Даже спутник с неба целит,
В обьективы нас берет,
Смотрит, как для мирных целей
Мы долбаем крепкий лед.

И какой-нибудь подводник,
С бакенбардами, брюнет,
Наш маршрут  во льдах проводит,
Навалившись на планшет,
У подводника гитара
И ракет большой запас
И мурлычет , как котяра,
Гирокомпас, то есть компас.

Но никто из них не видет
В чудо-технику свою,
Что нетрезвый, как Овидий
Я на палубе стою,
Что прогноз опровергая,
Штормы весело трубят,
Что печально, дорогая,
Жить на свете без тебя.

               16 октября  1973

Обучаю Играть На Гитаре

Обучаю играть на гитаре

Обучаю играть на гитаре
Ледокольщика Сашу Седых,
Ледокол по торосу ударит -
Саша крепче прихватит лады.
Ученик мне достался упрямый,
Он струну теребит от души.
На столе у него телеграмма:
"Разлюбила. Прощай. Не пиши."

Припев: Улыбаясь на фотокартинке,
        С нами дама во льдах колесит:
        Нью-Игарка, мадам, Лос-Дудинка,
        Иностранный поселок Тикси.
        Нью-Игарка, мадам, Лос-Дудинка,
        Иностранный поселок Тикси.

Я гитарой не сильно владею
И с ладами порой не в ладах -
Обучался у местных злодеев
В тополиных московских дворах.
Но для Саши я бог, между прочим,
Без гитары ему не житье.
Странным именем Визбор Иосич
Он мне дарит почтенье свое.

Припев.

Ах, коварное это коварство
Дальнобойный имеет гарпун.
Оборона теперь и лекарство -
Семь гитарных потрепанных струн.
Говорит он мне: "Это детали.
Ну, ошиблась в своей суете..."
Обучаю играть на гитаре
И учусь у людей доброте.

Припев.
                     1979

Тост За Женьку

Тост за Женьку

Так выпьем ребята, за Женьку,
За Женечку пить хорошо,
Вы помните, сколько сражений,
Я с именем Женьки прошел.
И падали годы на шпалы,
И ветры неслись, шелестя,
О, сколько любимых пропало
По тем непутевым путям.

       И в грохоте самосожженья,
       Забыли мы их навсегда,
       Но Женя, вы помните, Женя,
       Я с ней приходил вот сюда,
       Тогда, в девятнадцатом веке,
       Ну, вспомните вы, черт возьми!
       Мне двор представляется некий,
       В Саратове или в Перми.

То утро вставало неброско,
Лишь отсветы на полу,
Голландкою пахло и воском,
И шторой, примерзшей к стеклу,
А вы, будто только с охоты,
Я помню такой кабинет,
И пили мы мерзкое что-то,
Похожее на Каберне.

       Но все же напились порядком,
       И каждый из вас толковал:
       Ах-ах, молодая дворянка,
       Всю жизнь я такую искал.
       Ну, вспомнили? То-то, и верно,
       Ни разу с тех пор не встречал
       Я женщину более верных,
       И более чистых начал.

Не помню ничьих я обьятий,
Ни губ я не помню, ни рук...
-Так где ж твоя Женька, приятель,
Сюда ее, в дружеский круг,
-Да, где-то гуляет отважно,
На пляже каком-то лежит.
Но это не важно, не важно,
Я крикну, она прибежит...

      -Ну, что, гражданин, ты остался один,
       Закрывать нам пора.
      -А он заплатил?
      -Рассчитался...
      -Намерен сидеть до утра?
      -Да нет...,по-привычке нахмурясь,
       Я вышел из прошлого прочь...,
       Гостиница "Арктика". Мурманск.
       Глухая полярная ночь.

                              1965